«Портрет Ф. И. Шаляпина» (1922) Бориса Кустодиева — одно из самых монументальных и жизнерадостных изображений великого баса, написанное на изломе эпох. Фёдор Шаляпин представлен в полный рост на заснеженном пригорке: в распахнутой дорогой шубе, бобровой шапке и с тростью, он возвышается над пёстрой ярмарочной панорамой. У его ног замер бело-рыжий бульдог Ройка, а слева, у подножия холма, различимы дочери певца Марфа и Марина в сопровождении его секретаря Исая Дворщина. За спиной артиста, будто развёрнутая театральная декорация, кипит масленичное гулянье: балаганы, качели, карусели и безымянная, но полная движения толпа.

Кустодиев создавал этот портрет эпизодически, в 1920–1922 годах, уже будучи прикованным к инвалидному креслу: после тяжёлой болезни художник был парализован ниже пояса и работал полулёжа с помощью устройства, наклонявшего холст. Знакомство с Шаляпиным состоялось в 1919 году при посредничестве Максима Горького и быстро переросло в творческий союз (Кустодиев оформлял оперу «Вражья сила» для Мариинского театра), а портрет стал его лирическим итогом. Несмотря на холодную доминанту тёмно-синего, белого и коричневого, гамма празднично взрывается яркими цветными пятнами балаганных вывесок. Передний план написан с почти осязаемой детализацией — каждая складка меха, — тогда как дальний решён обобщённо и декоративно.

Шаляпин приобрёл полотно и в том же 1922 году вывез оригинал во Францию, куда эмигрировал; сегодня он хранится в мемориальном доме-музее певца в Санкт-Петербурге. Уменьшенная авторская копия, сделанная специально для выставок, находится в собрании Русского музея. Сам художник давал работе несколько названий, включая «Шаляпин на ярмарке в Нижнем Новгороде», подчёркивая не столько психологическую глубину, сколько ощущение вольного, захлёстывающего праздника. Этот сплав парадного портрета, бытового жанра и зимнего пейзажа — редкий пример того, как тяжелобольной мастер пишет стихию народного веселья, словно утверждая победу жизни над немощью.

Такая картина держит стену: крупный формат и контраст тёмной фигуры со светлой, орнаментально насыщенной средой делают работу центром притяжения в просторной гостиной или холле с высокими потолками. Холодная гамма снежного города смягчается рябью тёплых ярмарочных акцентов, поэтому холст хорошо зазвучит с глубокой однотонной мебелью и бронзовым светом. Музейное качество и драматургия композиции выводят «Портрет Ф. И. Шаляпина» далеко за рамки мемориального жанра, а репродукции картин Кустодиева на холсте позволяют вернуть в домашний интерьер тот самый размах, который некогда ошеломил парижскую публику.