«Завтрак на траве» (1863) — работа Эдуарда Мане, ставшая точкой отсчёта нового французского искусства. На переднем плане изображена обнажённая женщина, сидящая на разложенной ткани в окружении двух полностью одетых мужчин в чёрных сюртуках; её взгляд направлен прямо на зрителя, в то время как спутники увлечены беседой. Слева от них стоит плетёная корзина с рассыпавшимися фруктами и сброшенное платье, а в глубине тенистой рощи видна вторая женская фигура в сорочке, наклонившаяся у воды. Композицию поддерживают массивные стволы деревьев и контрастное освещение, делающее сцену одновременно непринуждённой и слегка насторожённой.

Полотно первоначально носило название «Купание» и опиралось на классический сюжет — гравюру Маркантонио Раймонди с утраченного картона Рафаэля, однако Мане лишил пастораль аллегорического покрова, перенеся ренессансную композицию в современный ему парижский быт. Экспонированная в Салоне отверженных, картина вызвала шквал возмущения своей «неприличной» прямотой: публику смущала не нагота как таковая, а именно бытовая, лишённая мифологической ширмы трактовка. Колорит выстроен на сближенных холодных оттенках: тёмно-зелёная зелень рощи, голубоватые просветы воды и серо-чёрные тона пиджаков оттеняют теплоту обнажённого тела, а единственное цветовое пятно — брошенный натюрморт со снедью и светлым платьем — окончательно разрывает салонную традицию моделировки светотени.

Мане намеренно отказался от гладкой эмалевой поверхности, предпочитая открытый, крупный мазок, отчего отдельные фрагменты листвы выглядят почти этюдно, незавершённо. Любопытна бытовая деталь: мужчина справа носит плоскую шляпу с кисточкой, какие в то время полагалось надевать исключительно в помещении, — этот нарочитый диссонанс мгновенно выдавал переодетых парижан, позирующих в лесу, а не мифологических персонажей. Моделью для центральной женской фигуры стала Викторина Мёран, которую Мане приглашал и для других скандальных полотен; сама работа оставалась в мастерской художника до 1878 года, пока её не приобрёл певец и коллекционер Жан-Батист Фор за сравнительно скромную сумму в 2600 франков.

Картина держит пространство благодаря спокойной, но внутренне напряжённой мизансцене, где плотный передний план уравновешен светлой далью. В интерьере это вещь для просторной гостиной или кабинета, требующая свободной стены над диваном или комодом: холодная зелень и серый работают как нейтральный фон, а узнаваемый сюжет неизменно притягивает взгляд. Выбирая репродукции картин Мане на холсте, стоит помнить, что именно с этого холста началась живопись, для которой привычный сюжет стал лишь поводом к откровенному разговору о свете и современности.