«Большие купальщицы» (1887) — одна из ключевых фигурных композиций Пьера Огюста Ренуара, подводящая итог его творческим поискам середины 1880-х годов. На переднем плане, на белой драпировке у самой кромки воды, расположились три обнажённые женские фигуры: сидящая блондинка, стоящая шатенка, поправляющая волосы, и ещё одна купальщица, чей силуэт мягко вписан в общую группу. В отдалении, справа у зелёного берега, видны ещё две фигуры безмятежно входящих в воду женщин. Художник отказывается от динамичной жанровой сцены в пользу торжественного ритма тел, превращая бытовой мотив в почти скульптурную фреску.

Работа рождалась в момент внутреннего кризиса художника, когда чистый импрессионизм стал казаться ему исчерпанным, и Ренуар обратился к классическому наследию: композиция навеяна рельефом Франсуа Жирардона «Купание нимф», а в пластике фигур ощущается влияние Энгра и Рафаэля. Тёплая гамма строится на сложном сочетании телесного розового, серебристого белого и глубокого зелёного: кожа моделей словно вбирает мягкий рассеянный свет, а объёмная моделировка плотным мазком придаёт телам почти осязаемую материальность.

Главная техническая неожиданность полотна — намеренный раскол стиля внутри одной картины: на левой половине фигуры написаны классическим точным контуром, а правая часть с фоном и водой решена более свободными импрессионистическими мазками, отчего передний план смотрится почти как искусная аппликация. Показанная в мае 1887 года в парижской «Галерее Пети», картина вызвала неоднозначную реакцию, однако Клод Моне назвал её «превосходным полотном», а саму работу связывают с влиянием на формирование поздней манеры Поля Сезанна. Среди натурщиц — будущая жена Ренуара Алина Шариго и художница Сюзанна Валадон; полотно приобретено учеником живописца Жаком-Эмилем Бланшем и позже, в 1963 году, завещано Филадельфийскому художественному музею.

Это работа спокойного созерцательного настроя, располагающая к медленному разглядыванию: она задаёт тихую идиллическую ноту, идеальную для просторной гостиной или столовой, где хочется выдержать ясный, строгий ритм. Тёплые телесные оттенки и глубокая зелень пейзажа естественно ложатся в интерьер с натуральным деревом и мягким освещением, помогая собрать вокруг себя зону отдыха. Репродукции картин Ренуара на холсте позволяют сохранить эту мягкую, объёмную живописную фактуру и дать большой стене музейное звучание без нарочитой парадности.